Церковь и итальянские иммигранты в США


В жизни каждой иммигрантской группы США значительную роль играла церковь. Известно, что мощнейшая католическая церковь выросла в этой стране именно как организация иммигрантов. Однако в своих отношениях с церковной организацией италоамериканцы, выходцы из древнейшей католической страны, проявили большое своеобразие. Прежде всего, религия итальянцев, по преимуществу южных, носила не чисто католический, а скорее синкретический характер, являясь сплавом различных дохристианских верований и остатков религий многочисленных завоевателей, побывавших в этом районе, с правоверным католичеством. В Южной Италии отмечались даже случаи жертвоприношений. В каждой местности отправлялся свой культ, сильно отличавшийся от соседних. Недаром американский католический орган писал в 1888 г., что массе итальянцев американский католицизм представляется почти что новой религией. Правда, Грация Доре отвергает мнение о так называемом язычестве итальянских крестьян и определяет их религию лишь как простую веру, однако само это понятие нуждается в дальнейшем анализе, да и большинство авторов занимает иную позицию.

Итальянские церкви в Америке

Итальянские церкви в Америке обычно посвящались святому — покровителю храма родной деревни и строились так, чтобы как можно больше походить па этот храм. По таким поводам происходили раздоры между разными землячествами, расселившимися вокруг новой церкви. Именами тех же местных итальянских святых обычно называли италоамериканские общества взаимопомощи.

Церковь и итальянские иммигранты в США

Особенностью итальянского католичества является культ мадонны, восходящий к матриархальным традициям и на итальянском юге совершенно затмивший культ Христа. X. Ганс отмечает, что первый культ расходится с принятым у католиков-ирландцев, «опекунов» американского католичества, почитанием троицы. Среди религиозных предметов, украшавших все комнаты итальянских квартир в обследованном им квартале, преобладали картины и скульптуры, изображавшие мадонну. Они отличались яркостью и жизнерадостным характером. Распятия встречались редко, трагические элементы религии не подчеркивались.

С культом мадонны ряд авторов связывает роль матери в итальянской семье, особую привязанность к ней детей. В Италии в церковь ходили главным образом женщины, и в Америке эта традиция сохранилась. Дэвенпорт, в частности, отметил, что «итальянские церкви Нью-Джерси посещаются преимущественно женщинами». Роль хранительницы культа осталась за итальянской женщиной и в Америке.

Антиклерикализм и вражда к духовенству

Из Южной Италии иммигранты вывезли вражду к духовенству. Священники там являлись сторонниками помещиков, противниками крестьян и батраков, агентами политической реакции, и это особенно усилилось после объединения Италии, в годы, когда начиналась массовая эмиграция. Южноитальянское духовенство отличалось особым сребролюбием и развращенностью и вовсе не стремилось сопровождать свою паству за океан. Острую нелюбовь к священникам проявляли сицилийцы. Эта традиция имела продолжение в Новом Свете, где поселения южных итальянцев нередко отказывались принимать священников, тем более что эти, последние, чаще всего бывали из северян.

Что касается иммигрантов из Северной Италии, особенно горожан, то среди них бытовал антиклерикализм другой, светской разновидности, связанный с влиянием радикальных течений, с традициями рабочего движения и т. д. Веколи отмечает широкое распространение антиклерикализма и религиозного индифферентизма среди итальянцев Нью-Джерси, особенно рабочих-северян. Итальянские шахтеры Канзаса встретили присланных к ним священников камнями и гнилыми овощами, а итальянцы-каменотесы в штате Вермонт выгнали священника из своего города. Иногда итальянских священников бойкотировали как союзников богачей, в частности падрони, отказывались от церковных треб, не пускали женщин и детей в церковь. Священников обычно подозревали в покушении на прихожанок, и это имело под собой основания, так как, помимо всего прочего, из Италии многие священники высылались в эмигрантские колонии за проступки, преимущественно сексуального порядка. Впрочем, таким же образом попадали в Америку священники из других католических стран, даже из Ирландии.

Антиклерикализм италоамериканской интеллигенции зачастую имел влияние, не ограничивавшееся пределами этой немногочисленной группы. Его распространяли, в частности, итальянские газеты. Лучше, чем к священникам, относилось италоамериканское население к монахам, имевшим более независимое положение в церковной системе, и особенно к монашенкам, основывавшим в Америке приюты для женщин и детей, преподававшим в приходских школах и т. д. Мужчины из итальянских кварталов Бостона, пренебрежительно относившиеся к священникам, с уважением говорили о монашках.

Неприязненное отношение к церкви в италоамериканской среде вызывало удивление американского общества, привыкшего видеть со стороны иммигрантов, особенно католиков, совсем иное. Если для ирландцев и «ровесников» итальянцев в Америке — поляков — религия и духовенство традиционно ассоциировались с борьбой за национальное освобождение, а для многих других религиозные притеснения являлись стимулом к эмиграции, то у итальянцев это совершенно не наблюдалось. Недаром один итальянский священник в отчаянии восклицал: «Почему нас не преследовали за нашу веру, как ирландцев и поляков?».

Итальянцы в американской католической церкви

В американской католической церкви итальянские иммигранты были такими же чужаками, как в американском обществе. Помимо разницы в идеологических и организационных традициях, итальянцы вызывали неприязнь американского католического духовенства тем, что принадлежали к народу, лишившему папу светской власти. Когда в 1870 г. американские итальянцы праздновали присоединение Рима к итальянскому королевству, это возбуждало вражду к ним со стороны ирландцев, опоры американского католичества. В церквах итальянцев нередко сажали отдельно, рядом с неграми, иногда выгоняли, часто им приходилось выслушивать оскорбления с церковной кафедры.

Весь этот широкий комплекс причин обусловливал слабое влияние католической церкви на итальянцев, признаваемое и католическими писателями. По приблизительным оценкам, разделяемым рядом авторов, от католической церкви практически отпало от половины до двух третей американских итальянцев. В объяснение этому Ферстер приводит также потрясение, вызванное эмиграцией, что вполне вероятно. Пизани также находит, что в Америке церковь играла в жизни итальянцев меньшую роль, чем в Италии. Часть италоамериканцев перешла в протестантство, господствующее вероисповедание страны, которое пропагандировали среди них протестантские миссионеры. О величине этой части согласия в литературе нет, но чаще совершали переход негородские жители. По поводу групп протестантов-итальянцев в Нью-Йорке пишет, в частности, Дэвенпорт. Из итальянских священников многие перешли в Америке в протестантство, что усиливало презрение к ним соотечественников.

Итальянские иммигранты, оставшиеся верными католичеству, не проявляли, по американским стандартам, большого религиозного рвения. Они мало жертвовали на церковь и редко строили на свои средства церковные здания. Помимо отмечавшихся уже обстоятельств, это обусловливалось тем, что в Италии прихожане не привыкли содержать церковь. Однако и в США возникали итальянские католические приходы, иногда — в результате конфликта с американскими церковными властями. Верующим итальянцам случалось обращаться к польским или немецким патерам, чтобы избежать общения с итальянскими священниками или гонителями-ирландцами. Уже в XX в. бостонцы итальянского квартала не очень жаловали свою приходскую церковь, которую называли «Американская церковь» и где заправляли ирландцы. Ей часто предпочитали польскую.

Попытки церкви приручить итальянских иммигрантов

Американская католическая церковь, перед которой встал в конце XIX в. «итальянский вопрос», пыталась приручить итальянских иммигрантов. Этот же вопрос заботил Ватикан и духовенство Италии. К американским итальянцам посылались церковные миссии, направлялись специально подготовленные священники. Образовалось особое общество св. Рафаэля (по образцу немецкого) для помощи итальянским иммигрантам. Все это было непосредственно связано с усилиями проникнуть в рабочую среду и повлиять на рабочее движение, которые предпринимали в ту пору и католичество, и протестантство. В отношении итальянцев, по крайней мере, это больших результатов не дало. Веколи, подчеркивающий прочность европейских традиций среди итальянских иммигрантов, считает, что американскому католичеству не удалось победить их народную религию и подчинить их себе, что этому способствовало ирландское верховенство в церкви и антиклерикальные традиции итальянского социализма, еще укрепившиеся в Америке, что таким образом католическая церковь не явилась для итальянцев ассимилирующим фактором. Если это и было верно в течение нескольких десятилетий, то позже наступил перелом. Каролина Уэйр констатировала приспособление итальянской церкви в Гринич-вилледж к американизации. В середине XX в. ассимиляция и социальное расслоение американских итальянцев, созревание их второго и следующих поколений привели к усилению связи итальянцев с католической церковью, характер которой и роль в американском обществе также изменились. Лопреато пишет даже об «окончательном успехе католической церкви среди итальянцев в Америке».

Отношения итальянских иммигрантов с церковью отразились и на школьном обучении детей. Посылая детей в школу, итальянские родители предпочитали школы государственные, бесплатные. Приходские школы, сеть которых усиленно развивала католическая церковь, во-первых, брали деньги за обучение, что уже являлось серьезным недостатком для большинства американских итальянцев, во-вторых, находились под эгидой церкви. Учительницы-монашки (неитальянки) отводили итальянским детям задние парты, ирландские дети их обижали. Своих приходских школ итальянцы не имели. В 1899 г. приходские школы посещало лишь 10% итальянских детей, и эта тенденция оказалась прочной. Разумеется, такие обычаи отрывали юных итальянцев от католичества, что тревожило их матерей — хранительниц веры, — а также церковников. Так, итальянские иезуиты, выпускавшие в Нью-Мексико газету, нападали с ее страниц на государственные школы.